ФСБ обвиняет в подготовке теракта тренера по кунг-фу из Мелитополя

Жена Голубева Ольга называет 6 апреля самым страшным днем в ее жизни. На рассвете в квартиру супругов в Мелитополе постучали неизвестные.
«Мы открываем, а там вооруженные люди, пять человек. В камуфляже, с оружием, в бронежилетах, выводят моего мужа, — рассказывает Ольга. — И говорят, что если он будет сотрудничать, то он вернется. При этом забирают его телефон, паспорт, надевают на него наручники и выводят! Мы не понимали, что происходит, куда его уводят и за что».
«Сотрудничать» с оккупантами Андрей Голубев не стал, после чего мужчина просто пропал. Ольга несколько месяцев пыталась разыскать мужа, но в Мелитополе после ареста о его судьбе никто ничего не знал.
«Сначала мы начали обращаться в российские организации, в военкомат, комендатуру. Они отвечали, что не знают, где он, — рассказывает «Настоящему времени» Ольга Голубева. — Говорили, что можете написать заявление. Спрашивали, кто приходил, в чем они были, и ничего нам не отвечали. Хотя мы и звонили, и писали везде».
Хотя российские власти отрицали, что Голубев находится в России и к его похищению была причастна ФСБ, в конце апреля Федеральная служба по финансовому мониторингу России (Росфинмониторинг) включила Голубева в перечень экстремистов и террористов. Лишь в конце августа из сообщений российских СМИ семья узнала, что Андрей находится в Москве, в тюрьме «Лефортово», где обычно держат обвиняемых по статьям о терроризме и госизмене. Также подтвердилось, что его похищение — дело рук российской ФСБ, которая инкриминирует тренеру подготовку теракта.
Правозащитники утверждают, что арест Голубева — незаконный.
«Это незаконное задержание. Андрей — гражданин Украины. Он не принимал гражданство России», — подчеркивает Наталья Ящук, менеджер проектов правозащитной организации «Центр общественных свобод».
Ольга говорит, что обвинения в отношении ее мужа сфабрикованы: после начала оккупации Мелитополя Андрей более месяца почти не выходил из дома. По ее словам, муж был патриотом своей страны и не был готов смириться с оккупацией. Но изменить ничего не мог, потому что был болен.
«У него были осложнения со здоровьем: проблемы с тазобедренными суставами, коксартроз. Он в это время уколы делал и лечился, — рассказывает Ольга Голубева. — Так что он в это время находился дома. Я даже в страшных снах себе не могла представить, что можно вот так наговорить на человека, засадить его в тюрьму и лишить годов жизни — просто так!»
Наталья Ящук считает процесс над Голубевым показательным.
«Это показательный суд, который нужен России, чтобы показать, что да, у нас есть террористы! И мы — террористическая страна, — говорит правозащитница. — Хочу отметить, что ему еще 20 апреля инкриминировали, что они «раскрыли» дело, и сказано, что арестовали его 20 апреля. Хотя на самом деле это произошло 6 апреля! То есть 14 дней они делали все, чтобы Андрей взял на себя вину, которой априори нет! Это видно из документов!»
В России по статье о подготовке теракта тренеру грозит пожизненное заключение. Адвоката, нанятого украинскими правозащитниками, к Андрею не допускают.
Ольга Голубева говорит, что ее мужу угрожает инвалидность: с апреля, пока он находится под стражей, он не получает необходимого лечения. Ольга после ареста мужа выехала из Мелитополя и живет в Днепре: она делает все, чтобы достучаться до международных гуманитарных организаций, чтобы те помогли спасти мужа.
«За то, что ты патриот Украины, другое государство приходит, забирает тебя из дома и обвиняет в таких страшных преступлениях, как теракт, — возмущается она. — Вешать такие ярлыки — это несправедливо! Людей таких нужно спасать, освобождать. Я хочу, чтобы мой муж вернулся домой и мы могли его обнять!»
По данным украинского «Центра общественных свобод», в российском плену сейчас находятся почти 400 гражданских лиц — граждан Украины.